Всё создавалось не одним днем
30.09.2025
Сми о нас
<br>
<br>
– Василий Яковлевич, становление «Сибирского цемента» происходило на Ваших глазах и с Вашим непосредственным участием. Каково сейчас оглядываться назад?
<br>
<br>
– Странно сегодня вспоминать то время, когда в состав холдинга входили два завода. Топкинский находился в работе, а Красноярский простаивал. Для его запуска требовалось в первую очередь получить лицензию на добычу сырья, а еще – приобрести технику, найти квалифицированный персонал… Спустя считанные месяцы предприятие заработало, важную роль в этом сыграл «Топкинский цемент»: он помогал красноярскому «брату» поставками клинкера. Производство полуфабриката цемента возобновилось на Красноярском цемзаводе после того, как мы оформили необходимую документацию на ведение горных работ.
<br>
<br>
Одновременно холдинг проявлял интерес к предприятиям, расположенным в Восточной Сибири. Меня отправили в командировку в Бурятию. В республике тогда сложилась неблагоприятная ситуация: на карьере «Татарский Ключ» (ныне «Горная компания») – падение продаж продукции и утечка персонала. Нам удалось запустить предприятие, небольшие партии известняка отгружались на Ангарский цементно-горный комбинат, позже – и на Тимлюйский цементный завод.
<br>
<br>
На предприятии в Каменске обстановка была не лучше. Сложно себе представить, как тогда выживали работники. Зарплата в среднем не превышала 3700 рублей – примерно столько же составляла месячная квартплата за трехкомнатную квартиру. Дела у завода пошли на лад с 2005 года.
<br>
<br>
В марте было создано новое предприятие – «ТимлюйЦемент», меня назначили генеральным директором. Заводчан перевели в штат действующей организации, мы получили лицензию на добычу полезных ископаемых. В апреле запустили в эксплуатацию первую вращающуюся печь, в июле – вторую.
<br>
<br>
Я возглавлял предприятие до 2006 года, в Кемерово вернулся вице-президентом по перспективному развитию «Сибирского цемента», а с 2008-го возглавил департамент горных работ компании.
<br>
<br>
– Должно быть, после запуска трех предприятий Вам как директору по горным работам открылось непаханое поле для деятельности?
<br>
<br>
– Действительно, забот хватало – в первую очередь в части обновления документации и взаимодействия с надзорными органами (Ростехнадзором, Росприроднадзором). Даже стабильно функционировавший Топкинский цемзавод в 2008 году нуждался в актуализации проекта отработки Соломинского месторождения.
<br>
<br>
Не только документацию требовалось привести в порядок, чтобы она соответствовала новым нормам и правилам, но и транспортный парк горных подразделений. Холдинг активно приобретал спецтехнику для производственных активов: бульдозеры, самосвалы. Выполнялись ремонты экскаваторов.
<br>
<br>
Такие работы велись и на Тимлюйском цементном заводе. Но не обеспечение оборудованием стало центральной проблемой предприятия.
<br>
<br>
– Из истории цемзавода известно, что старые расчеты запасов известняка на месторождении не подтвердились…
<br>
<br>
– Верно, мы в свое время оформили лицензию, как положено, и продолжили геологоразведку на основании старой, сделали геологический отчет, поставили запасы на баланс и в 2012 году выполнили проект.
<br>
<br>
Таракановский карьер – один из самых сложных в «Сибцеме». Согласно проекту, необходимо было последовательно отрабатывать не только три рудных тела, залегающие специфически с промежутками, но и участки между ними, где известняка нет.
<br>
<br>
Вдобавок на поверхности не было сырья, подходящего для производства цемента, в связи с этим многое вывозилось в отвал. По мере продвижения вглубь качество добываемого на первом рудном теле известняка улучшалось. Тогда-то и выяснилось, что здешних запасов «ТимлюйЦементу» хватит на два года. После внесения корректировок в проект предприятие сразу приступило к отработке третьего тела. Сейчас мы одновременно выполняем проект по второму рудному за счет того, что вывозим больше вскрыши, чем планировали (по 3 млн тонн).
<br>
<br>
– Вы упоминали ранее, что «Горная компания» снабжала цементным сырьем завод в Каменске. А когда прекратились эти отгрузки?
<br>
<br>
– В 2014 году было решено отказаться от поставок: транспортировка продукции (300 тыс. тонн известняка) обходилась слишком дорого, ведь между карьером и заводом 200 км пути. Сейчас «ТимлюйЦемент» добывает 450 тыс. тонн известняка – достаточно для того, чтобы обеспечить работу двух и даже трех вращающихся печей.
<br>
<br>
Что касается «Горной компании», мы сократили текущие объемы в пользу перспектив. У организации есть две лицензии с большими запасами – на разработку Татарского ключа и Билютинского месторождения. На Билютинском возможно строительство предприятия по изготовлению извести и – в теории – цементного завода. Для реализации подобных проектов есть всё необходимое с точки зрения горных работ.
<br>
<br>
– Перспектива впечатляющая!.. На мой взгляд, зоны ближайшего развития становятся отчетливо видны тогда, когда удалось полностью стабилизировать текущую деятельность.
<br>
<br>
– За минувшие годы мы добились порядка в части ведения проектной документации и выполнения предписаний надзорных органов. Все задачи решаются своевременно, без просрочек. Да, предприятия движутся по пути устойчивого развития. Это касается также «Искитимцемента» и «Ангарскцемента», вошедших в состав холдинга в 2020 году.
<br>
<br>
На производственных активах реализуются крупные проекты модернизации. В частности, на Тимлюйском цемзаводе завершаются работы по замене ЛЭП. На «Карьере Перевал» планируется обновить 1,5 км линии вместе с опорами. Это только первый этап работ, всего же рассчитываем капитально отремонтировать 5 км ЛЭП, но не сразу, а постепенно.
<br>
<br>
В общем, сейчас мы тратим силы в основном на обновление оборудования, повышение эффективности труда и так далее. Рабочие процессы давно отрегулированы и находятся под нашим контролем, за соблюдением графиков строго следят руководители и специалисты на местах. Ежегодно в департаменте проходят конференции, на которых горняки отчитываются по результатам работы.
<br>
<br>
– Правда ли, что традицию проводить подобные встречи с коллегами в «Сибцеме» заложили Вы?
<br>
<br>
– Не исключено. В этом году наш слет горняков холдинга состоялся в 21-й раз, конференция прошла в Красноярске. А в прошлом году мы встречались на базе «Горной компании», отмечавшей 65-й юбилей карьера «Татарский Ключ». Считаю, эти конференции важны и полезны для каждого специалиста.
<br>
<br>
В управляющей компании холдинга, кроме директора по горным работам, трудятся всего три руководителя: главный горняк, главный геолог и главный маркшейдер. Главным геологом уже долгое время остается Татьяна Кочнева. К сожалению, рано оборвалась жизнь главного горняка Ивана Муравьева. За годы, проведенные на Тимлюйском цемзаводе, он внес большой вклад в развитие горных работ предприятия и по возвращении в Кузбасс продолжал трудиться на благо компании… Теперь должность главного горняка занимает бывший главный маркшейдер Александр Чижиков, а на его прежнее место принят новый сотрудник – Алексей Шаимов.
<br>
<br>
Конечно, у нас большая нагрузка, но основная все же приходится на горняков предприятий. Всё завязано на них. Это высококвалифицированные специалисты, настоящие профессионалы. Я продолжаю делиться с ними своим опытом работы, многому они учатся сами в процессе обсуждения значимых вопросов на ежегодных конференциях.
<br>
<br>
– По сути, Вы являетесь для них наставником. А на Вашем трудовом пути встречались те, кто обучил всему в профессии?
<br>
<br>
– У меня было много наставников. Впервые я спустился в шахту в 17 лет, когда учился в горном техникуме: в забое проходила преддипломная практика. Начал работу на шахте «Центральной» (входила в объединение «Прокопьевскуголь») в сентябре 1972 года, после службы в армии вернулся на тот же участок шахты.
<br>
<br>
Моим первым наставником стал бригадир Юрий Борисович Дунаев, Герой социалистического труда, он возглавлял бригаду мелкой нарезки. Постоянно загружал меня задачами и жестко следил за их выполнением.
<br>
<br>
В период работы в НПО «Прокопьевскгидроуголь» я познакомился с Михаилом Ивановичем Найдовым, Героем Кузбасса. Он был одним из лучших специалистов угольной промышленности в регионе и яркой личностью: я таких людей, как он, больше не видел. Он не молчал ни перед партией, ни перед правительством. До работы гендиректором «Прокопьевскгидроугля» Михаил Иванович возглавлял по меньшей мере четыре предприятия, в числе которых небезызвестная шахта имени Ленина в Междуреченске.
<br>
<br>
Михаил Иванович учил нас (тех, кто находился в резерве директоров шахт) всему. Мы считали его, 50-летнего, стариком, хотя самим было немногим больше 30. Он умер в 90 – редкий случай долгожительства, шахтеры ведь и в самом деле долго не живут, особенно те, кто под землей много трудится.<br>
<br>
За примером не нужно далеко ходить. Мой отец, Яков Яковлевич с 16 лет в трудармии, начинал в 1942 году на прокопьевской шахте коногоном. Потом был забойщиком, проходчиком, машинистом электровоза, диспетчером. Работал и заместителем начальника участка, и начальником участка. Почетный шахтер, 42 года подземного стажа!
<br>
<br>
Когда отец был машинистом электровоза, пенсионерам стали предлагать платить на выбор либо пенсию, либо заработную плату. У папы пенсия составляла 176 рублей, а зарплата – 200. Отец твердо решил: за 24 рубля спускаться в шахту не будет, в день рассчитался и ушел на заслуженный покой. Тогда ему было 58 лет, а в 64 его не стало…
<br>
<br>
Отцу я обязан многим. Именно он настоял на том, чтобы я получил высшее образование. Мне как человеку, зарабатывающему достаточно большие деньги по тем временам, было сложно понять, зачем идти в вуз, но я все же поступил и окончил Сибирский металлургический институт. Моя путевка в жизнь…
<br>
<br>
– Похоже, на славный шахтерский путь Вас вдохновили не только старшие коллеги, но и члены семьи.
<br>
<br>
– Мама тоже работала на шахте откатчиком, а когда женщин вывели с подземных работ, стала машинистом подъемной установки на шахте – шикарной профессией считалось в те годы. Старший брат возглавлял участок на шахте «Центральной», сестра – строительный отдел в проектной организации. <br>
<br>
Супруга моя Наталья работала горным мастером на участке вентиляции, у нее 4,5 года подземного стажа. Дети пошли по нашим стопам. У нас двое сыновей, оба горняки по образованию, сейчас связаны с угольной отраслью, работают руководителями.
<br>
<br>
Я богатый дед: у меня пятеро внуков. Самому младшему три года скоро исполнится. Двоим ребятам по 14 лет, они учатся в 8-м классе. Внучка окончила университет по специальности «журналистика», увлекается психологией и работой стилиста, преподает английский язык. Старшему внуку 18 лет, в этом году поступил в вуз на маркшейдера, решил продолжать семейное дело.
<br>
<br>
– Ваша семья крепко связана с угольной отраслью. Василий Яковлевич, Ваш общий стаж в горной промышленности – 48 лет. А сколько лет подземного?
<br>
<br>
– 22 года. Начинал проходчиком, потом горным мастером трудился, был помощником начальника очистного участка, главным инженером и директором шахты. После стал заместителем технического директора «Киселевскугля» – организации, объединявшей пять шахт и два угольных разреза.
<br>
<br>
А в марте 2004 года меня пригласил в команду руководителей Олег Витальевич Шарыкин.
<br>
<br>
– Вы сменили отрасль – из угольной промышленности перешли в цементную. Было легко сделать этот шаг?
<br>
<br>
– Угольная промышленность Кузбасса в начале 2000-х переживала трудные времена: предприятия закрывались, безработица процветала… Эта отрасль дала мне всё, в том числе богатейший профессиональный опыт, который я смог применить на благо цементного производства. Сфера моей деятельности в течение всех этих лет оставалась неизменной – это горное дело. Придя на любое предприятие, я сразу понимал, что именно мне нужно делать и как правильно организовать работу.
<br>
<br>
– В завершение нашей беседы предлагаю дать один самый ценный совет молодым специалистам.
<br>
<br>
– Главное – чтобы работа нравилась. Если найти дело по душе, оно обязательно спорится.
<br>
<br>
<img height ="50%" width = "50%" src="https://imageup.ru/img67/5061699/makk-dlia-fotometki.jpg">